ФУРСОВ. Мировая война, пандемия, ИИ.| #Панченко

Друзья, приветствую. Сегодня очень и очень рада приветствовать в гостях человек, который знает всё, историк, директор института системного-стратегического анализа Андрей Ильвич Фурсов. Андрей Ильвич, здравствуйте. >> Здравствуйте. >> Я абсолютно уверена, что вы знаете всё, потому что ваши прогнозы сбываются и сбываются, и вы можете простым языком объяснять сложные вещи. Сейчас всё больше говорят, вы знаете, говорят, особенно даже не в России, а в других странах, о недовольствах в России, о настроениях, о снижении рейтинга власти. Вы как думаете, в России может случиться революция? >> Думаю, что не может. Дело в том, что для революции нужно несколько условий. Ну, например, для революции нужен революционный класс. А сейчас, э, во всех промышленно развитых странах, включая Россию, революционного класса нет. Если брать, скажем, Запад, как ядро капиталистической системы, там давно уже рабочий класс, но он размыт и превратился в прекариат. И в условиях информационно-сервисной экономики наличия таких огромных слоёв, как в индустриальном обществе классов, его нет. Кроме того, есть ещё одна вещь. Если мы вспомним революции и XIX, ну, конца XV, начала XIX века и особенно революции XX века, русскую революцию, китайскую, это были революции, которые происходили в аграрных, в основном, странах, которые, однако, были включены в капиталистическую систему. И самое главное, где было очень много безработной молодёжи. Так вот, в России нет безработной молодёжи. Вообще с молодёжью в промышленно развитых странах, сказать, не очень хорошо. Поэтому вот, э, такой вот базовой основы для революции нет. Для чего есть основа? Есть основа для дворцовых переворотов, будь то Франция, США. Кстати, в США был дворцовый переворот в 2020 году, когда вышибли Трампа. Другое дело, что те же силы, которые его вышибли в 2020 году, они его привели в 2024 году. И Трамп 2.0 - это совсем другая фигура, чем первый Трамп. Вот. Хотя действует он совершенно логично. Те, кто, кстати, я просто отвлекаюсь на Трампа, не могу не сказать, очень часто приходится слышать, что вот Трамп >> сумасшедший. Сумасшедший, >> да, конечно, он нарцисс. Вот. Но дело в том, что вот есть в кунфу и в карате такая манера боя, которая называется пьяный. Вот идёт человек, он вроде падает, он вроде спотыкается, но почему-то все противники его лежат. И вот если посмотреть на действие Трампа, да, нарцисс, да, неадекватный совершенно человек в завышенном представлении о себе, но опек поломал, э, хаб на Ближнем Востоке поломал и решил массу массу всяких задач. При этом я бы даже сказал, что вот эта манера, э, сказать, которая называется в кунфу пьяный, она отвлекает внимание и кажется вот, ну, сказать, какой-то, что-то он делает, а на самом деле выстраивается та линия и решаются те задачи, в общем, для которых его и наняли сломать существующую систему. Так вот, возвращаясь к проблеме крупных социальных сдвигов, я думаю, что в постиндустриальном обществе, я не очень люблю этот термин, я предпочитаю гипериндустриальные, потому что пост - это значит всё, с индустрией всё закончено. Гипериндустриальное - это значит, что над промышленностью есть надстройка. А революции в пост в гипедустриальных обществах или постиндустриальных обществах практически невозможны. Единственное, что возможно, социальные конфликты между массой мигрантов и массой местного населения, но это на революцию никак не тянет. Но революция, когда мы говорим о революциях, как правило, мы имеем в виду нечто похожее на то, что было в XX веке. Кстати, и таких мировых войн, которые были в XX веке, их уже не будет. Мировые войны будут другие. Но тем не менее значительная часть населения а требуют, может не значительная, какая-то часть населения требует на фоне затянувшейся военной операции требуют жёстких мер, жёстких решений. Проще говоря, требуют жахнуть по центрам принятия решений. Может даже не в Украине, а, например, в Европе, а то и в Вашингтоне. Вы как считаете, это что-то бы изменило? Что-то бы это что-то даст? >> Когда говорят: "Давайте-ка жахнем по центрам принятия решений". У меня есть вопрос: а вот этот центр принятия решений, он где находится? В Белом доме. Ясно совершенно, что ведь решение принимают не клерки типа Трампа, э, или несчастного этого ушастика короля Карла II. >> Я вам вот, я просто очень много читаю комментарии, много очень пишут мне людей. И вот, например, в России люди пишут: "Если мы убьём Зеленского, то другие увидят, что может быть, им не повадно будет, а мы, так сказать, церемонимся". >> Я не думаю, что что-то изменится. если убьют ээ Зеленского. Дело в том, что Зеленский при том, что ему сейчас создали ареол такого человека, который как будто что-то решает. На самом деле это марионетка клоун. Ну, уберите марионетку. Появится другая марионетка. Поэтому убить Зеленского - это никаких проблем не даст. Более того, даже убить Трампа не да не решит проблемы, потому что на Западе действует сила Запада заключается в том, что там действуют не отдельные личности, а системы. И, кстати, вот сам сам тот факт, что, ну, по XX веку мы, сказать, помним такие имена, как Гитлер, Сталин, по XIX веку Наполеон. Ведь это всё не англо-саксонский мир. И само появление таких фигур во Франции, Германии и России таких сильных фигур, а это следствие того, что это компенсаторика. Тем самым общество компенсирует то, что система не работает. У англосаксов, будь то Британия или Соединённые Штаты, там работает система. Можно избрать в качестве президента придурка Картера, но всё равно система работает. Поэтому, когда говорят: "Давайте ударим по центрам принятия решений", -э нужно понять, а в кого ударять. Единственное, в чём в чём правильно, сказать фиксируют люди, нужна действительно, на мой взгляд, нужна более жёсткая позиция. Я, например, не понимаю, почему до сих пор существует порт в Одессе. Мне это непонятно. Почему, например, когда Писториус приезжает в Киев, почему в этот момент, скажем, ну, не по Киеву, а где, так сказать, по железной дороге, по которой он едет или по зоне, по которой он пролетает, почему не наносится удар? Я думаю, это резко бы изменило настроение. Действительно, нужна большая жёсткость, но насчёт ударов убить Зеленского или ещё убить кого-то, это не решит проблемы. >> Это получается, что в таком смысле наличие ядерного оружия что-то решает? >> Безусловно, наличие ядерного оружия решает. Дело в том, что может возникнуть такая ситуация, когда его нельзя будет не применить. Но я уже много раз говорил, что если бы у России не было наследия имени товарищей Сталина и товарища Берия, ядерного оружия, то с нами разговаривали так, как в девяностые годы разговаривали с сербами, позже разговаривали с Каддафией, с Аддамом Хусейном. То есть то наследие, наследие Сталина и Берия, на котором мы живём, оно гарантирует нашу безопасность. А я спросила у чата GPT вообще в какой из стран на планете, вероятнее всего, может начаться революция, столкновение, гражданская война? И как вы думаете, что он ответил? Франция и Соединённые Штаты Америки. Что думаете? >> Ну, логика GPT совершенно понятна. Это логика искусственного интеллекта. Это логика алгоритмическая такая. Э волнения действительно могут быть. В своё время в 1989 году, когда Эммануил Валерстайн, великий социолог, основатель мир системного анализа, был у меня в гостях, он мне сказал, что Америке предстоит своя перестройка, только в отличие от вашей, она будет кровавой, потому что она будет замешана, э, на комбинации классовой и расовой ненависти. Я его спросил: "А когда вы думаете, ваша перестройка может случиться?" Он сказал: "Ну, говорит, вот сейчас 1989 год, я думаю 2020". Так вот, 2020 год это была вспышка БЛМ. И та вспышка целого ряда, так сказать, социальных конфликтов, в которых определённая часть американской верхушки использовала вот этих чёрных расистов против трампистов. Но я думаю, что это такая проба пера. Действительно, в любой стране, где где есть, э-э, помимо социальных различий, есть различия расового, религиозного, этнического характера, там действительно возможна зона конфликтов. Я никогда не забуду, как лет 10 назад один французский чиновник на условиях анонимности ответил журналисту на вопрос. Кто-то его спросил: "Смотрите, э почему французско французская полиция в Париже так избивает студентов, но ничего, которые, в общем-то, относительно мирные, но ничего не могут поделать с арабскими бандитами из Бедонвилий где-нибудь в Сен Дени. чиновник сказал на условиях анонимности, вы знаете, говорит, студенты - это они такие, это толпа, но атомизированная, а это сплочённые люди, и они, сказать, все вместе и дороже себе будет с ними связываться. То есть французс и во Франции, и в Германии вот эти диаспоры, а это в основном молодые мужчины от 20 до 40 лет, это не это не просто там арабы, мусульмане, это молодые мужики от 20 до 40 лет. Само их наличие создаёт, безусловно, зону конфликта. И, в принципе, я полагаю, что мировые верхи могут в XXI веке манипулировать столкновением вот этих пришлых людей и местных, так же, как в XX веке манипулировали противостоянием правых и левых. Я помню, смотрел хронику немецкую конца двадцатых годов. Она чёрно-белая, поэтому различия не очень видны. С одной стороны идут коммунисты в рубашках таких вот красных, но они на чёрно-белом экране, естественно, тёмные. И с другой стороны коричневы рубашнички, они начинают меттелить друг друга. Так что, безусловно, и во Франции, и в США, поскольку там есть очень сильный момент расово-этнический, там возможны волнения, но это не революция, это именно волнение. А насколько вы оцениваете высокою вероятность, что Трамп станет президентом в третий раз? Сейчас всё больше об этом говорят. >> Я думаю, что это маловероятно. Я думаю, что скорее всего даже и республиканцы не смогут ээ победить здесь. Я здесь 50 на50, но то, что Трамп не пойдёт на третий срок прежде всего по своему физическому здоровью. И всё-таки в Америке действует некая система. Я думаю, что Трампа ээ ставили не для того, чтобы он шёл третий раз. Он должен был раскурочить то, что он довольно успешно курочит. И дальше будут уже другие задачи, которые будут выполнять другие люди. Это сейчас я вольную совершенно аналогию скажу, очень вольную. Ну вот, скажем, Керинский решал одну задачу, э решил, ему сказали: "Мальчик, спасибо сказать, почистил обувь, возьми пятачок, иди гуляй". Дальше дальше пришли уже другие люди решать другие задачи. С этими другими людьми тоже было очень интересно. Одни задачи решали Свердлов, Троцкий и Ленин. Они их решили. Дальше пришёл товарищ Сталин, который решал уже другие задачи. Дело в том, что, э, Трамп ведь не только решает задачи, он создаёт проблемы, которые, скажем, сам Трамп решить не может. И я думаю, что те люди, которые реально влияют на ситуацию в мире и в стране, я думаю, что они уже сейчас думают о той, не просто о конкретном человеке, а о той команде, которая может сменить Трампа в зависимости от того, чем Трамп закончит свой президентский срок. >> Вот вы часто говорите, да, что Трамп разрушает существу пришёл, чтобы разрушить существующий мировой порядок. в этой системе, что для Трампа Россия и вообще вот этот весь дух Анкориджа, который вот непонятно, конечно, сейчас, что с ним. Это вообще что для чего Трампу Россия и нужна ли? >> Я вообще сомневаюсь, что был была такая вещь, как дух Анкориджа. Это пропагандистский приём. Он как пропагандистский приём работает вполне. Я думаю, что здесь нужно исходить сказать вот из чего. Если Трамп, если мы согласны с тем, что Трамп строит технат, Северная Америка, а и он должен разрушить существующую систему и в этой системе максимально ослабить Китай, Европу. Ну, Россия и так слаба. Мне нынешняя ситуация внешне напоминает то, что было в тридцатые, в тридцатые годы. Дело в том, что в 1929 году Монтегю Норман, директор Центрального банка Англии и человек, который на весах истории весил примерно столько же, сколько Черчель, Гитлер и Мусолини вместе взятые, он сделал простую вещь. Он закрыл британскую империю от внешнего мира. Э британская империя - это было 25% мирового рынка. закрыл от внешнего мира, то есть прежде всего от Соединённых Штатов Америки, потому что Соединённые Штаты Америки оказались бы главным бенефициаром Первой мировой войны, и британцы с этим согласиться не могли. А одной, одним из следствий закрытия британской империи от внешнего мира и стал кризис двадцать девято, тридцать второго, тридцать третьего годов. С этого момента главной задачей Соединённых Штатов стало уничтожение британской империи. И план уничтожения Британской империи у американцев был таков. Не случайно они все тридцатые годы вкладывались в немецкую промышленность и в советскую промышленность согласно британскому плану, согласно американскому плану, который в двадцатые годы, кстати, американцы готовились сами воевать с Великобританией, но они решили, что лучше это сделают другие. Они решили, что лучше это сделает Германия. Гитлер о нанесёт удар по Великобритании. Ослабленную Германию добьёт Советский Союз, который сам ослабнет при этом, и Советский Союз станет младшим, зависимым партнёром Соединённых Штатов Америки. Я полагаю, что план э условного Трампа, коллективного Трампа сейчас заключается в том, чтобы спровоцировать конфликт между Западной Европой и Россией. При этом понятно совершенно, что, сказать, при том ядерном потенциале, который есть у России, ну, запад Западная Европа просто, так сказать, почти перестанет существовать. Но и Россия на этой войне, безусловно, сильно ослабеет. И поскольку если если это всё случится, так рассчитывает, по крайней мере сказать условный коллективный Трамп, значит она не сможет быть экономическим, а самое главное военным, военно-стратегическим тылом Китая. И вот здесь-то можно будет с Китаем и разобраться. То есть план вот такой. Безусловно, в планах Соединённых Штатов конфликт между Западной Европой и Россией, это не значит, что это обязательно получится. Но то, что Соединённые Штаты действуют именно в этом направлении, выступая как добрый следователь, у меня сомнений нет. >> У меня, честно говоря, тоже. Особенно, когда я наблюдаю за тем, что происходит в Европе, начиная от военной риторики, которая сейчас уже просто из каждого утюга, заканчивая тем, что происходит с милитаризацией и военизацией. Ну, вы знаете, вот в чём прикол, так сказать. Там наш корреспондент как раз работал недавно в Берлине и спрашивал у э немцев, хотят ли они воевать с Россией опять. Так вот, практически никто из людей, которые нам отвечали на улицах, не не сказал о том, что да, они этого хотят. И очень часто можно услышать вопрос риторический: а кем вообще Европа собирается воевать? Вы всё-таки как считаете, насколько эта история неизбежная про то, что Россия Россия и Европа снова будут воевать? >> Нет, эта история неизбежна. И действительно, нынешние европейцы - это не европейцы первой половины XX века. Ээ, кроме того, Европа в первой половине XX века - это демографически перенаселённая страна. И это, кстати, тоже была одна из причин Второй мировой войны или, скажем, второй половины тридцатилетней мировой войны XX века. Если говорить о потенциале воинском потенциале современных европейцев, потенциалом таким, причём он значительно слабее, чем у европейцев в первой половине XX века, обладают, на мой взгляд, хорваты, сербы, отчасти венгры, отчасти поляки, но никак ни немцы, ни французы, ни англичане, ни испанцы, ни итальянцы, ни греки. Э, поэтому, э, вот этот, так сказать, конфликт, он предполагает, ээ, сильнейшую, серьёзнейшую обработку населения. Он предполагает выращивание такого, ну, выражаясь простым языком, нового Гитлер-югинда, которые будут будут ненавидеть Россию. А, и вот в этом случае тогда, да, сказать, тогда будет кем воевать. Но войны готовятся довольно довольно долго. Кроме того, западная вся эта публика, она ведь рассчитывает на то, что они измотают Россию украинским конфликтом, и сама Россия окажется довольно слабой, ей будет некем воевать. Но они забывают, что мне приходилось говорить с некоторыми европейцами, которые говорят: "Ну вот смотрите, вот как вы воюете с Украиной и как вы в случае, как вы будете воевать с Европой". На что я им сказал? С Европой никогда не будем воевать так, как с Украиной, потому что Украина - это это свои. Это сидит в подкорке, что это свои. Вы чужие, с вами будет другой разговор. А совершенно. И в этом отношении никаких иллюзий не питайте. Но, кстати, люди и не питают на самом деле иллюзий. Когда мы говорим о задаче британцев и американцев спровоцировать этот конфликт, э у него есть ещё и помимо прочего чисто экономическая вещь, помимо американского интереса есть европейско-британский. Дело в том, что мир раскалывается, старая глобализация ушла, мир раскалывается на макрозоны. Есть только две страны, которые практически уже гарантировали себе худо-бедно свои макрозоны. Это Соединённые Штаты и Китай. Ни Евросоюз, ни Великобритания себе макрозоны ещё не обеспечили. Макрозону свою британцы видят. Вот с Ближним Востоком у них не получилось. Американцы не пустили их на Ближний Восток. Значит, Китай, южная часть Китая, которая традиционно с опиумных войн была зоной интересов Британии. Сейчас это тоже не зона. Единственная зона, где макрозона, причём в виде анклавов, которую британцы могут себе обеспечить, это Восточная Европа и Центральная Азия. Но это опять же зона интересов России. Поэтому ослабление России - это просто, так сказать, в м пункт выживания. Британии в виде макрозоны. Для ЕвроСюза тоже у них нет своей макрозоны. И для них макрозона - это Восточная Европа и ресурсы России. Поэтому ээ они и выступают столь агрессивно. Но, как говорил товарищ Сталин, есть логика намерений и логика обстоятельств. Вот пока что у них на войну с Россией пупок разорвётся. >> Да, я вспоминается, да, знакомая знакомая до более стихотворения Скипа. Если нет нет, нам нечего терять. Э как бы история повторяется в который раз. Вот вы однажды рассказывали в своём интервью, что знали, когда начнётся война на Ближнем Востоке, и даже поехали в Дубай за книгами англоязычными раньше, чем вы обычно это делать. А вот в связи с этим в связи с тем, что вы понимаете гораздо глубже, чем, да, среднестатистические люди, уровень проблемы происходящего в мире, вот вы, например, знаете, что может начаться война с Европой. Как это отображается на вашей личной жизни? Вы запаслись тушёнкой, вы покупаете золото, вы, не знаю, купили себе недвижимость в Австралии, а может быть, бункер построили в Сибири. Ну вот реально вот практически как это меняет вашу личную жизнь? >> Вы знаете, это личную жизнь мою никак не никак не меняет. От войны не убежишь. Вот поэтому где родился, там и пригодился. Придётся воевать, значит, будем воевать. Вы знаете, мне отец рассказывал 22 июня сорок первого года, утром он вышел за купить папиросы Козбек, которые он курил. Вот. А он был тогда слушатель вое военно-воздушной академии имени Жуковского. Вот. И в это время, когда он покупал э- вот эти вот папиросы, Козбек объявили о начале войны. Да, вместе с ним покупал ещё майор. И я его спросил, я говорю: "Пап, а вот у тебя была сказать, что-то ты вот чувствовал, когда началась война и первые летние поражения. Ты был уверен в том, что мы победим?" Он говорит: "Я всегда был уверен, что мы победим". Вот поэтому, понимаете, я всё-таки советский человек и советский офицер. Я в этом отношении, э, у меня есть сдержанный оптимизм. В случае военного конфлик конфликта наше дело правое, победа будет за нами. И это не шапка закидательства. Это будет, если будет конфликт, это будет страшная вещь. Безусловно, с огромным количеством потерь. Он, безусловно, будет ядерным, если он случится. И это уже будет не только тактическое ядерное оружие. Так что не дай бог, если это произойдёт, но здесь уже не не спрячешься, поэтому здесь как как получится. Но, вы знаете, есть забавный такой эпизод. Год назад я читал лекцию в одном сообществе, где было очень много состоятельных людей. Меня спросили, это было год назад, а как вы думаете, безопасно покупать недвижимость в Дубае? Я сказал: "Нет, не безопасно, потому что Дубай - это город, который может оказаться в течение, ну, на щелчок может оказаться без воды, без всего". Вот я, когда был последний раз в Дубае, там птички птички летали. И человек мне говорит: "Вы знаете, а птиц сюда тоже завезли, потому что их здесь не было". Вот я сказал: "Небезопасно". Меня спросили: "А где, по вашему мнению, небезопасно покупать?" Я сказал: "Ну, где-нибудь деревню во Владимирской или Ярославской области". Ну, люди заулыбались скептически. Но я 3 недели назад читал в той же аудитории лекцию, то есть год спустя, и я им напомнил по поводу, где покупать недвижимость. О, >> очень интересно. А вот что должно произойти или чего не должно произойти, чтобы эта война Европы и России не состоялась? И в этом смысле, что будет с Украиной и когда это всё закончится? этого не знает никто, потому что очень много разных акторов, очень много заинтересованных сторон. И здесь, понимаете, если бы это была война, скажем, Россия-Украина и всё, здесь можно было бы прогнозировать, а здесь очень много разных игроков, у которых разные цели, и здесь векторы складываются очень-очень сложно. >> Ну, Трампу не нужно, чтобы эта война заканчивалась Украиной и Россией, правильно понимаю? Нет, не нужно Трампу. Это всё, как Галич пел, это Рыжий всё на публику. Вот эти все разговоры, что он, сказать, там миротворец, что пусть закончится, так сказать, война. Здесь другая вещь может быть. он может он может попытаться -э он так считает, скажем, договориться о каких-то совместных бизнес-экономических проектах с Россией, э-э, и решить проблемы, так сказать, вот свои и тех корпораций, которые с ними связаны. Он уходит, приходит следующий и начинается, так сказать, всё сначала. Кроме того, это, вы знаете, такой ритм, который вводит э противника в заблуждение. Вот поэтому здесь само замерение также, будь то Россия или Иран, оно не является стратегическим, оно может быть тактическим. Собрались с силёнками и ударили. Ну, например, смотрите, в конце шестьдесятых годов, когда в Соединённых Штатах была аховая ситуация, они предложили России разрядку напряжённости детант. И советское руководство на это купилось, полагая, что, ну, раз мы великая ядерная держава, значит, они нас уважают. На самом деле это была, а, уловка, это была попытка выиграть время, перегруппироваться и начать наступление. И с приходом Рейгана они это наступление начали. А советское руководство упустило тот момент, когда можно было очень сильно подвинуть Запад в противостоянии. Но советское руководство очень хотело -э, чтобы его приняли на Западе. Они полагали, что его примут там на равных, и мы будем вместе руководительской глобальными процессами, как об этом говорили люди из римского клуба. Но это всё оказалось, на самом деле, ловушкой. >> Насколько, вероятно, большая война между США и Китаем? И вот этот визит Трампа в Китае, на фоне которого мы с вами сейчас общаемся, это вообще что? Он туда приволок огромную делегацию от Илона Маска до главы Microsoft и самых-самых крупных корпораций. Что это? >> Blackрок тударок. Там все там просто сумасшедшие, да. Самые главное люди страны. Фактически >> это попытка произвести впечатление на Китай и ээ договориться о каком-то э модус Вивенде, который вот не приведёт к большой войне, потому что к войне с Китаем Соединённые Штаты не готовы, причём не столько по военным причинам, сколько по степени взаимозависимости экономик. Вот. И поэтому, как мне представляется, вооружённый конфликт, э, между Китаем и Соединёнными Штатами, он не нужен ни Китаю, ни Соединённым Штатом. Особенно, если учесть, что та турбулентность, которая сейчас внутренняя есть в Китае, когда там ээ аж пять штук высокопоставленных военных, э, арестовали, и мы не знаем, расстреляли их или нет. Вроде бы расстреляли министра обороны. Вот. А я не думаю, что вот этот этот вариант возможен. Я думаю, помимо прочего, Трамп будет пытаться на Китай, вот во время этого китайского визита о чём-то договориться с китайцами по поводу и Восточной Европы, и, ээ, и Украины, Укранфликта Российской Федерации и Украины. Ну и, кроме того, он, безусловно, м вот это, что вот в чём он будет занимать, на мой взгляд, жёсткую позицию, он чётко даст китайцам понять, что из Латинской Америки он их будет выдавливать постепенно. А Венесуэла, возможно, Куба. Э, то есть вот ээ он им даст понять, что западное полушарие - это вот это не для не для них, и попытается каким-то образом что-то им предложить. Но я глубоко убеждён, что китайцы точно ему не поверят. >> Всё больше разговоров о том, что в Соединённых Штатах возможна большая мобилизация. И вот на фоне этого, например, выходит манифест компании Полантир, которая, не знаю, я называю самой злой компанией в мире. А я процитирую пару моментов. Национальная служба должна быть всеобщей обязанностью. Мы, как общество, должны серьёзно рассмотреть отказ от полностью добровольной войны. После военная нейтрализация Германии и Японии должна быть отменена. Вопрос не в том, будут ли созданы и Ии оружия. Вопрос в том, кто их создаст и с какой целью. Действительно, а мобилизация в США возможна, как думаете? И против кого тогда? Вы знаете, ну это это понятно совершенно, что поскольку старый мир ломается и Соединённые Штаты готовятся создать технат, Северная Америка, то здесь конфликты возможны абсолютно в разных частях мира. И кроме того, конфликты в самой Америке. Здесь самая главная проблема заключается в том, что практически во всех промышленно развитых странах от Соединённых Штатов до России выросло поколение, которое привыкло к комфортной жизни и для которых самое трагическое, что может произойти - это если какой-то гаджет не работает. А вот это это поколение перевоспитать и сделать из них людей, которые как во второй половине тридцатых годов, будь то Германия или Советский Союз готовы были идти воевать, я очень сомневаюсь, что из них можно будет, вот сказать, очень быстро перейти. >> Не только про про США. Мне кажется, это вообще про зумеров всего мира. Я не знаю, у меня работают, например, люди из разных из разных стран. Если честно, когда я на них смотрю, ну как бы тут, знаете ли, у людей стресоустойчивость, не дай бог там кофе сделают не не на не том молоке, а вы говорите воевать. Вот я как раз об этом и говорю, что эти люди, кстати, если будет какая-то серьёзная катастрофическая ситуация, я не имею в виду войну, а просто вот серьёзная катастрофическая ситуация, ну, скажем, там, не дай бог, Чернобыль-2, я не представляю, как поколение зумеров будет выживать, потому что, ну, элементарно они не смогут, ээ, >> костёр развести. У меня в Минске есть такой очень интересный знакомый. Он выживальщик, он пишет книги. Ну, ему, когда мы с ним познакомились, это было лет 10 назад, ему был полтинник. Вот. И он мне рассказывал, что вот его сын двадцатипятилетний, его друзья, он, когда их пытается, пытался научить, а это не зумер, это было ещё предыдущее поколение, что он говорил, что, ну, нужно иметь всегда запас крупы на 2 месяца в любом случае. Вот вот уметь выживать. Они вы говорили: "Бат, ну ты с ума сошёл, ну вот потому что тебе 50 лет и ты прожил такую жизнь". Это вот всё никуда не денется. Вот поколение зумеров в этом отношении, это следующий шаг - это люди, которые являются привеском к определённым бытовым условиям. И если эти бытовые условия убрать, то, ну, в общем, я не представляю, как они будут выживать. И вот этих людей мобилизовать это оченьочень сложно. Кстати, ведь американцы не смогли мобилизовать всерьёз очень большую часть ээ молодёжи во время Вьетнамской войны. И во Вьетнам, в армии, которая воевала во Вьетнаме, служили представители в основном, сказать, низов и рабочего рабочего класса. А вот студенты как раз сказать воевать не хотели. Вот то, что мы называем поколением зумеров, вот это и есть результат м того, что последние 30 лет люди вырастали, >> слишком хорошо жили, >> да. Ну, уже стало избитым совершенно, что хорошие времена создают слабых слабых людей. Как этих слабых людей, ну, можно заявить, что их нужно их нужно мобилизовать. Здесь должна быть острая социальная дисциплина. Пожалуй, в Японии пожалуй, в Японии это выдрессированное общество совершенно. Вот я бывал и в Японии, и в Китае. Он должен сказать, что Китай по сравнению с Японией - это царство свободы, демократии и прочего, прочего. Япония - это очень зарегулированное общество, очень зарегулировано жёстко. >> Ментально. Я тоже я тоже могу сказать у японцев, что мне вообще кажется, что это инопланетяне по сравнению с нашим менталитетом. Это просто какие-то, ну, неземные люди, которые для которых протокол, этикет, правила, это всё, это основа их жизни. То есть >> и поэтому, вы знаете, поэтому они психологически пока, точнее, не психологически, а поведенчески униформные. В начале нулевых годов было исследование американских психологов. Они исследовали психологические типы автолюбителей, вообще водителей, э, в Японии и в России. Значит, э, как вы думаете, сколько психологических типов в Японии они обнаружили? >> Мало. >> Один. В Росси в России 16. То есть речь идёт о том, что, например, психологическая обработка людей в России, она в 16 раз сложнее, чем в Японии. Потому потому что нужно придумать нужно придумать а-а комплекс психологических воздействий на определённый на определённый тип. Собственно, в Европе тоже, вы знаете, когда в Тавистокском институте изучения человека придумали феномен Beatlesл как определённое психоритмическое воздействие на молодёжь, очень быстро выяснилось, что битловская музыка воздействует только на определённый тип молодёжи. Для другого она слишком нежная. И поэтому появились Rolling Stones. А потом, причём и те, и другие появились, когда шестидесятые годы, когда всё бурлило и нужно было манипулировать этим. А когда всё стало утихомиливаться, появился стиль дискоб, 72 удара сердца в минуту. А вот рок-музыка - это 140-160 ударов в минуту. То есть с помощью музыки, а-э, можно манипулировать, особенно сказать, молодёжью очень-очень легко. Но для этого нужно понимать, на какой психотип ты воздействуешь. А возвращаясь к зумерам, да, чтобы ни говорили полантиры, ээ, так сказать, и и прочее, ээ, одно дело сказать, другое дело решить эту проблему. >> А вам вообще страшно, когда вы думаете про развитие искусственного интеллекта? Вот мне страшно. Мне страшно, что я не смогу, что как человек, который недавно стал мамой, мне страшно, что я я боюсь, что я, возможно, не понимаю, как воспитывать ребёнка в этих условиях. То есть, смогу ли я, например, там привить у неё любовь к Достоевскому или, я не знаю, вообще как бы найти общие точки соприкосновения, потому что то, что происходит прямо на наших глазах - это, ну, какие-то впечатляющие вещи. А вот вам не страшно? >> Нет, мне мне не страшно. И не потому, что моему сыну 47 лет. Дело в другом, понимаете? А-э, если семья сильнее государства, сильнее улицы и сильнее школы, я глубоко уверен, что ей искусственный интеллект не страшен. Если ребёнок воспитывается в любви, в родительской любви, то им очень сложно манипулировать. Я в се в восьмидесятые годы читал в переводе на английский язык, а психологическое руководство штази ГДРовской, э, сказать спецслужбы, э посвящённой, сказать манипуляции. Так вот, там было написано, что если ребёнок до 7 лет воспитывался в и испытал родительскую любовь, то когда он станет взрослым, им будет очень сложно манипулировать. Я думаю, что и против искусственного интеллекта можно будет найти то же средства, э-э, которые решат эту проблему. Хотя, безусловно, наличие искусственного интеллекта усложняет очень-очень многие проблемы. Безусловно, он стимулирует деградацию. Ну, например, ээ, сейчас во многих даже приличных китайских вузах очень поощряются то, что студент готовит дипломную работу или курсовую с активным использованием искусственного интеллекта. То есть он молодец, он владеет этим, но это означает, что он сам-то не работает, он приложение к этому. Это означает жуткую деградацию психологическую, так сказать, человека. И это действительно очень серьёзная проблема. Но я думаю, что как раз здесь и будет линия между новыми верхами и новыми низами. Ну, например, в валитарных школах на Западе никогда не разрешалась тестовая система. Тестовая система вводилась в школах для работяг, для среднего класса. >> В Украине, кстати, вли какой-то в какой-то момент тестовую систему. Тестовую систему, >> понимаете, ведь тест что такое тестовая система? Она отучает делать главное, ставить проблему. Более того, она даже она отучает и искать ответ на вопрос. Ты должен выбрать. То есть тебя приучают к некой пассивной пассивной роли. Вот в этом отношении я думаю, что искусственный интеллект будет ээ активно внедряться, но не для элитарных учебных заведений. И это будет ещё одна дополнительная линия возникновения новых верхов и новых низов. Мы наблюдаем картину, когда, ну, мне кажется, что свободный интернет заканчивается везде. Опять же, да, в России там люди недовольны там блокировкой Telegram, но это происходит повсюду. В Европе под видом э возрастных ограничений фактически вводят интернет по паспорту. В США борьба с VPN, в Китае новые ограничения, в Гонконге новые ограничения. Как вы думаете, а возможна ли такая ситуация, когда условно, чтобы там воспользоваться американским интернетом, нужна будет интернет-виза? Свободный интернет закончился? >> Вы знаете, я сказать, я могу только судить как дилетант в этом отношении в самом общем плане. Э, вы знаете, Станислав Лем когда-то сказал, что созидательные способности человека развиваются, сказать, абсолютно параллельно с разрушителями. И я не думаю, что до конца у кого-то получится вообще прикончить свободный интернет. Интернет будет, безусловно, ограничен, но это не значит, что ээ не и более того, я думаю, что появится сословный интернет, потому что доступ к интернету будет зависеть от с кого ты зависи относишься к илити или нет. Ну, например, если ты работаешь в спецслужбе и занимаешься, так сказать, противодействием другому государству, ты должен получать информацию. Ты должен знать, что пишут люди и что делают спецслужбы того государства. Значит, у тебя должен быть доступ вообще к интернету, а желательно и и к тёмному, к дак интерне к тёмному интернету. А значит, то есть я думаю, что действительно будет сделана попытка ограничить доступ основную массу населения к э к интернету. Но, ээ, насколько это будет успешно? Я не думаю, что здесь будет каждый раз э каждый раз всё будет всё будет получаться. Всегда будут возможности найти обходные пути. То есть, как говорят, на на каждый хитрый болт есть хитрая гайка. >> Вот то, что сейчас происходит с эпидемией хантовируса, если честно, вызывает такое ощущение дежавю. А как вы думаете, реально снова реально опять нам готовят какую-то пандемию для чего-то? Вы говорили в отношении коронавируса, что это был пробный пробный эксперимент о том, чтобы, ну, так сказать, человека вообще запереть, да, в банке, условно говоря, по QR-коду, пропуск там всюду и так далее. Снова это происходит, что ли? Вы знаете, то, что разные определённые определённые сегменты мировой верхушки, связанные с бигфармой и с цифро вот этот блок бигфарма плюс цифровизация, то, что они будут работать в этом направлении, сомнений никаких нет. Но, вы знаете, что-то мне подсказывает, что пока идёт серьёзный конфликт в Восточной Европе, вот пандемию никто запускать не станет, потому что здесь совершенно работают другие интересы. пандемию можно запустить, когда всё всё спокойно. А сейчас в в том, чтобы шла война, заинтересован военно-промышленный комплекс, разные совершенно группы и безусловно есть интерес у тех, кто я думаю сама вот сами эти разговоры насчёт хантавируса, это некий пробный шар. А посмотреть, а а как а как это реагируют. А, ну и кроме того, у и у низов, и у определённой части верхов, которым не понравился, не понравилась вся эта история с ранобесием, у них тоже уже есть опыт сопротивления м вот этим всем вещам. Но то, что попытки запуска пандемии будут делаться, у меня сомнений никаких нет. >> А вот вы часто говорите, что история - это не набор дат, это борьба проектов и элит. Если очень-очень упростить, между кем и кем сегодня идёт борьба и кто реально сегодня управляет ходом истории? >> Это хороший вопрос. Вы знаете, я думаю, что ходом не управляют. Дело в том, что мир слишком сложен, чтобы им кто-то управлял из одного центра. И кроме того, нет одной единственной группы, которая управляет этим процессом. Мы с вами уже как-то говорили, что есть четыре кластера элит чисто исторически сложившемся. Это аристократические королевские семьи с Севера Европы. Это Ватикан плюс аристократии Севера Италии, юга Германии, Испании и Шотландии. Есть англосаксы и есть три диаспоры: еврейская, армянская и ливанская. Это одна линия. Есть другая линия. Есть цифровики, есть финансисты и есть промышленники. То есть, мировая элита организована очень и очень сложно. И кроме того, поскольку старый мир рушится и в новом мире места для всей старой элиты не будет, сейчас идёт фрагментация элиты, идёт острая борьба между различными группами. Причём, на мой взгляд, главная линия борьбы - это между британо-американскими и американо-британскими кланами. Всё остальное крутится крутится вокруг вокруг них. Интересы у них совершенно разные, потому что старые глобалисты хотели создать плоский мир с единой элитой в духе, сказать, вот фронтмен был Обама, а Байден - это комическая фигура. Другой проект - это проект технатов, но здесь вмешиваются ещё целый ряд других вещей. Вот, скажем, когда мы жили в шестидесятые- семидесятые годы, там действительно было два проекта. Был советский проект и был западный западный проект. Но эти оба проекта уже в восьмидесятые годы практически сломались и появились другие проекты. Прелесть нынешней ситуации заключается в том, что здесь сталкиваются очень разные проекты. И нет единой, очень хорошо, что нет единой мировой элиты, есть разные фракции и можно играть на их противоречиях. Но для этого нужно две вещи. Для этого нужно разум, чтобы знать, куда бить, и воля, чтобы ударить туда, куда нужно ударить. В этом отношении пример показал в своё время товарищ Сталин в двадцатые годы, когда после гражданской войны Россию, советскую Россию, можно было брать голыми руками, и в Европе было 500.000 белогвардейцев. Если бы их перебросили в Россию, то с большевицским режимом было бы всё закончено. Кстати, большевики в девятнадцатом-дватом году и исходили из того, что, ну, ещё там 3-4 года и, так сказать, режим падёт. Поэтому они очень активно вывозили золото. Ну, например, в 1917 году, когда большевики пришли к власти, золото в стране было на 700 млн, а в двадцать первом году на 700.000. На 700.000. То есть большевики создавали себе базу вне страны. Но поскольку ликвидирован был проект Мировая революция, была сделана ставка на социализм в одной отдельно взятой стране, на формирование нового господствующей группы в виде партаппарата, а самое глав, выразителем интересов которого был Сталин, а самое главное, удалось сыграть на противоречиях немцев с одной стороны и англо-французов, и американцев с другой, американцев и англичан, Ротшильдов, ракфеллеров. И вот в этой нынешней ситуации нужно играть на противоречиях, тем более, что игроков стало очень-очень много. Но для этого нужно активно изучать современный мир и иметь адекватную картину мира. Потому что само наличие в твоих руках адекватной картины мира - это самое страшное психоисторическое оружие. Ты знаешь, куда ударить и как. В этом всём контексте, когда речь идёт о суверенитете, вот, например, да, свои соцсети и свои платформы, свой интернет - это ведь тоже суверенитет, очень важная часть суверенитета. И когда в России зашла речь о своих платформах и отказе от Telegram, да, тоже стал вопрос, на самом деле, а, а хотят ли люди пользоваться своим национальным? Нужно ли это в этом смысле? Как вы думаете, если говорить про идеи, а вот России есть, что предложить? не только миру, а вообще своим. Вот ту самую идеологию, которая, ну, например, да, подтолкнёт рядового гражданина сказать: "Да мне не нужен, да я хочу своё, мне не нужны какие-то другие платформы, мне не нужно что-то другое". Есть это или нет? >> Ну, во-первых, чтобы гражданин сказал, что не нужен мне берег турецкий, Африка мне не нужна, нужно, чтобы своя платформа была лучше чужой. >> А как же полюбить своё за то, что оно своё? Нет, >> дело в том, что то поколение, которое выросло за последние 30 лет, для советских людей это было так, но то, что было последние 30 лет, это, безусловно, людей размагнитило. И в этом отношении зумеры это, вот сказать крайняя крайняя форма вот этого э всего. Что касается, так сказать, того, что может предложить Россия, этого не так много. Пока что Россия может, сказать, акцентировать с разной степени успешности две вещи: защита суверенитета и традиционные ценности. Хотя есть Хотя здесь есть уязвимые места и в том, и в другом. Начать с того, что в современном мире нет ни одного государства, даже у Соединённых Штатов, у Китая, у которых бы был был бы полный суверенитет. Мир настолько сложен, что ни у одного государства нет суверенитета. Во-вторых, потом, что такое традиционные ценности? Есть разные традиции у разных народов. Я вообще не очень люблю этот термин. Я бы говорил об универсальных ценностях. Для меня что такое универсальные ценности? Мужчина - это мужчина, женщина - это женщина, семья - это мужчина и женщина. Вот это универсальная универсальная ценность. И то, что в России запрещена пропаганда ЛГБТ, >> Альвич, а вместе с тем главные артисты, главные артисты страны, все про это знают, ну, простите, не самые традиционные ориентации при этом, при всём. Вы Вы, конечно, можете сказать, что они во всём мире такие, но факто >> Нет, нет, я я по-другому скажу. Я скажу сказать таким образом. В принципе есть право у человека на личную жизнь. Хоть залезай на люстру и занимайся так сексом. Это одно дело. Но когда человек говорит: "А мы сейчас устроим гейпарад, а вот хрен тебе, гейпарад - это уже оскорбление общественного а вкуса и общественных и общественной морали. Вы мы не мы ты не можешь влезть в спальню к человеку и запретить ему там делать то, что он делает". Но выходить на гейпарад, запретить можно и сказать: "Ты экстремист". Но помимо этого, кстати, я бы я бы как экстремистский запретил некоторые экологические движения и некоторые феминистские движения. Я давно об этом я давно об этом говорил. Вот поэтому здесь то, что у людей есть личная жизнь в совет в советское время ээ гомосексуализма тоже, кстати, хватало. Ну, например, Николай Иванович Ижов, кровавый карлик в тридцатые годы, который стрелял людей, но все знали, что он гомосексуалист. Более того, партии правительства его даже в Германию отправляли лечиться от гомосексуализма, полагая, что от этого можно вылечиться. Вот. Но одно дело, это афишируется и не или не это является ли общественным фактом. Вот что очень важно. Вот то, что у нас запрещено это как общественный факт, это большое дело. А вот история про гордиться своим. Просто вот так смотришь, да, опять же со стороны. Ну вот, например, да, я вижу там первых очень-очень влиятельных людей, политиков чиновников там с айфонами, очень-очень влиятельных. Потом огромные логотипы Шанель, Валентина и так далее, да, на опять же там первых лицах. Филипп Киркоров, который рассказывает, что ему запретили Баленсиагу, а он всё равно покупает. Но я не могу представить, не знаю, там, м, главного артиста Соединённых Штатов, который который покупает китайский бренд, несмотря на запрет. Да, китайцы, да, американцы бы с ума сошли, да, там сжигали бы публично эти вещи, если бы им запрещали. Это вот что я понимаю, да, там комплекс после развала Советского Союза. Вот мы много-много раз это всё слышали, но как бы столько лет прошло, да, и война с Западом фактически это вот почему происходит до сих пор? >> Дело в том, что очень сложно перестроиться сразу. Вот было это не только 30 лет, вы знаете, эрозия советской системы началась уже в середине семидесятых годов. Ну, например, в 1974 году Евгений Максимович Припрямаков открыто в присутствии высокопоставленных чиновников ЦК КПСС говорил: "Социалистическая система себя и жила. Нужно жить как на Западе". И то, что у нас критиковали официально теорию конвергенции в конце шестидесятых, начале семидесятых годов, это было одно дело, но советское руководство с рубежа шестидесятых- сеемидесятых годов уже сделало ставку на вхождение в Запад. И когда в конце сороковых годов была кампания против космополитизма и низкопоклонства перед Западом, это уже было тогда. Мы сейчас пожинаем плоды, ну, 70, ээ, или 60 лет вот этого процесса. И в одно в одномоментно это изменить нельзя. Мне это тоже очень не нравится. Я захожу в наши крупные универсальные магазины, на разных этажах звучит, а, английская музыка, э-э, название на английском языке и всё это похоже на, э, полуколонию. Мне тоже это не нравится, но я думаю, что если ситуация вот это наше противостояние с Западом, оно сохранится, то рано или поздно эта ситуация должна измениться. >> Андрей Иль Алевич, русские украинцы когда-то снова будут жить в мире? >> Это очень сложный, очень сложный вопрос. Вот, смотря кого мы имеем в виду под украинцами. Я думаю, что те те, кого называют западенцами, но они всегда были сказать, они всегда были другими. Я, например, считаю, что то, что Сталин присоединил западную Украину, Западную Белоруссию накануне войны, это это был не это был Нет, вот это был правильный геополитический шаг. Но после войны западную Украину и западную Белоруссию нужно было отдать Польше. Вот поляки бандеровщину бы просто выжгли. Совершенно напрочь выжгли. А вот, ээ, Советский Союз с этим с этим не справился, особенно после того, как была в середине птих годов и объявлена амнистия. И бандеровцы вернулись из мест заключения. В это же время из Канады приехало 50-60.000 людей с деньгами. и была поставлена ООН поставила задачу в течение 20 лет представители семей этих людей, по крайней мере, в пяти западных областях, они должны были войти в руководство партийных комсомольских, советских организаций и и и тд и и тд и тп. Так что вот эта часть Украины, ну, она она всегда она никогда не была русской. Что касается нынешней ситуации, то та кровь, которая была пролита за последнее время, безусловно, это не тот фактор, который способствует сближению. Но я надеюсь, что пройдёт пройдёт какое-то время, когда всё это всё это закончится и можно будет попытаться наладить диалог. Это не значит, что это будет очень просто, очень быстро, но, по крайней мере, делать шаги в этом направлении нужно. Если у вас есть ещё несколько минут, если позволите. Вот у меня недавно вышло видео, которое я назвала трисорта украинцев. Я очень коротко, очень коротко сформулирую. Смысл в том, что накануне оранжевой революции в штабе Януковича проводили так называемые вот эномные опросы, ну, в общем, методом подслушивания в транспорте, в магазинах и так далее. В разных регионах страны и выяснили, что жители четырёх западных областей, во главе, конечно, с Львовской области областью, ну, считают, что вот только они правильные украинцы, а значит, центр и тем более юго-восток - это а какие-то не такие либо совсем чужие. И была описана схема трх украинцев, которую потом назвали там, конечно же, там пропагандой Кремля и так далее, но которая по сути я, как человек, который был рождён практически как ровесница современной Украины, схема, которая была воплощена за 30 лет в жизнь и которой я считаю, ну, большой трагедией, когда жители четырёх ээ областей навязали остальным, что только они правильные. Первый сорт - это вот четыре западные области во главе со Львом. А второй сорт - это Центральная Украина, Киев, э-э, Житомир и так далее. И третий сорт - это, конечно, Юго-Восток и мой родной юг, э, Николаев, Одесса, Донбасс. А, жители третьего сорта, которые никогда не будут, по мнению жителей первого сорта, своими, которых вообще лучше исключить, изгнать, истребить, потому что они какие-то не такие, ну, чужаки, грубо говоря. И вот как получилось за 30 лет, что при, безусловно, при даже не поддержке, да, по воле Запада, а мы, жители Центральной, Юго-Восточной Украины, реально поверили, что мы какие-то не такие. Потому что я вам скажу вполне серьёзно, Андрей Ильич, что если вы сейчас спросите у молодого человека из Украины, там лет восемнацати, что он думает в отношении того, что происходило во время Великой Отечественной, вы очень часто сможете услышать страшные вещи о том, что, а может быть, было бы лучше, если бы, ну, я не буду, да, продолжать, вы понимаете. И как вы думаете, вот при таком чудовищном социальном эксперименте, я не буду вдаваться в подробности, как это случилось, да, сколько было потрачено денег, грантов и так далее и тому подобное. В то время как у России не было таких средств, откровенно говоря, да, ну и были другие субъективные факторы, и Россия была слабее. Да что вы же говорите, Россия хотела на Запад, в то время как и Украина хотела на Запад. Так вот, чтобы этот эксперимент, чтобы последствия этого эксперимента, а побороть, искоренить, исправить, может ли Украина вообще остаться как, а-а, независимое государство, потому что по большому счёту на сегодняшний день произошло необратимое, да, вот эта самая точка невозврата, она уже пройдена, когда Украина - это только антироссия, а если это не антиРоссия, это уже не Украина, это уже нечто другое. И тогда вопрос: а что это? И на фоне того, что, ну, давайте честно, и из России я не слышала чёткого ответа на вопрос: "А что это? А мы вообще братские народы? А мы вообще одни народы? Мы вообще кто?" Да? Ну вот, честно. Или, например, чем я, житель жительница Уроженко Николаева, отличаюсь от там уроженца Белгорода, да, или Ростова. Отличаюсь или нет? Так вот, как вы думаете? Я понимаю, что этот вопрос сложный. М Украина вообще тогда может остаться или это в принципе невозможно? Я думаю, что Украина могла быть государством и она была государством в качестве Советской Республики, Советской Украины. И Украина, безусловно, была государством в государстве. Может быть, какие-то другие республики не были, но то то, что у Украины был совершенно особый статус в Советском Союзе, и она могла быть государством только в рамках Советского Союза, я не думаю, что Украина сможет остаться реально суверенным государством. Более того, я думаю, что Украине будет очень трудно сохранить свою, э, культуру. Э, вот смотрите, в советское время, по-моему, в шестьдесят восьмом году был, э-э, поставлен фильм Вий. А помните этот фильм, где, э, ну, вот, значит, там с такой любовью было показан вот этот украинский быт, вот эти чистенькие белые хаты. И с любовью показан вот вот это вообще украинская жизнь. Лет 10 назад, >> да, что же там в бой идут одни старики, очень много фильмов, которые отк то же самое. 10 лет назад на английские деньги была поставлена вторая версия Via. Причём снимали его в Чехословакии, в Чехии, там горный ландшафт, которого нет на Украине. Вот. И там совсем другое. Там показано было, что Украина - это абсолютно грязная, запущенная страна. То есть вот, э, на западные деньги сняли фильм о том, какая Украина совершенно никчемная. Вот это и есть отношение, так сказать, западных людей к Украине как к к славянской стране. Но это, безусловно, для них это расходный материал. Я думаю, они вообще руки потирают от того, что славяне убивают славян. Но возвращаясь к вашему вопросу, к сожалению, думаю, что при любом раскладе, при любом раскладе, вот по окончании военных действий никакой суверенной Украины не будет. И скорее всего, я уже несколько раз высказывал эту мысли, скорее всего то, что останется от Украины, будет очень похоже на восточно-европейский вариант Мексики с криминальными картелями, с торговлей наркотиками, торговлей органами человеческого тела. Ну то есть то есть вот, так сказать, такая мексиканизация определённо. >> А по этой логике по этой логике украинцам бы должно было бы быть а выгоднее быть с Россией. >> Безусловно. >> А не вот то, что вы описали. >> Безусловно. >> Угу. А дело в том, что понимаете, какая вещь вообще? Вот если вспомнить сказать советские времена, в 1975 году Яков Певзнер, такой был японист, экономист в Советском Союзе, он писал дневник. Этот дневник опубликовали в девяностые годы. Так вот, в семьдесят пятом году он записал: "Если когда-нибудь в Советском Союзе восторжествуют рынок и демократия, это будет означать полный распад страны. С Российской Федерацией останется, может быть, только Белоруссия и больше никто. Ну и произойдёт полная гангстеризация всех сфер социальной жизни. А вот то, что произошло в девяносто первом году с Советским Союзом, ведь смотрите, Российская Федерация и Белоруссия были двумя республиками, которые активно отстёгивали часть производимого продукта другим другим республикам. А, и, собственно, эти республики сказать, была задача поднять, скажем, уровень тех республик, где не было промышленности, поднять до уровня Российской Федерации, чтобы в Казахстане была своя академия наук, чтобы в Узбекистане было своё кино, чтобы был был таллин фильм и так далее. И вот это вытаскивалось, но Россия за это благодарности никакой не получила. И если в самой России перестройка шла под антисоветскими лозунгами, то в республиках ещё и под антирусскими. Всё развалился Советский Союз. И оказалось, что >> эстонско, литовское и латышское кино никому не нужно. Никому не нужен никакой Молдова-фильм. И оказывается, что все эти республики могли только существовать нормально в рамках Союза Советских Социалистических Республик. Поскольку Союз советских стратегических республик невосстановим, я глубоко убеждён, что он невосстановим в том виде, по крайней мере, в каким каким был Советский Союз, это не значит, что невозможна какая-то попытка реинтеграции Евразийского, северной Евразии. Э, но я думаю, что все, все те республики, которые стали независимыми государствами, ну, во-первых, они только на словах независимые. А суверенитета реального у них нет. Ну, а что касается Украины, ну, это вообще просто, так сказать, страна, которая находится под внешним американо-британским управлением. И едва ли, мм, ведь у Украины не было традиции своей государственности. Эту традицию была заложена в Сове во время Советского Союза. То есть эта традиция и так слабенькая, а её ещё 30 лет уничтожали. Поэтому я думаю, что никакого государства, реального государства Украины, к сожалению, не будет. Андрей Ильевич, всегда рада с вами пообщаться. Большое спасибо за то, что нашли для нас время. А, кстати, нашим зрителям попрошу пишите свои вопросы Андрею Фурсову, который я очень надеюсь смогу задать. Андрей Лив, >> ну и кроме того, я очень часто отвечаю на вопросы на своём канале, говорит Фурсов. >> Да, спасибо, Андрей Ильевич, большое спасибо. Очень интересно. Я, с вашего позволения через какое-то время постучу снова и надеюсь снова с моим общемся и может быть конце в конце года. >> Чудесно, чудесно. Вот на что мы сможем поспорить. Этот конфликт в Иране вряд ли закончится. Что-то хорошее будет к концу года. Андрей Ильевич, >> хорошее для кого? >> Для нас. >> Вы знаете, я в этом отношении мне очень нравится. Я не очень люблю Толстого как человека. Лев Толстой, он был очень лицемерный, сказать, очень лицемерный человек. Вы знаете, весь Толстой для меня вот в одном эпизоде он сидит со своими, э, так сказать, последователями и говорит о том, что мошку даже нельзя тронуть. Ну, у индийцев это называется ахимса. Ну, никакой, сказать, никому нельзя причинять. В это время ему садится комар на щёк, он его убивает. И люди, которые сидят с ним, ему говорят: "Лев Николаевич, как вы могли?" Он им говорит: "Не живите так подробно". Вот в этом так вот. Э, но, но у Толстого в войне мире есть такое место, там он описывает: "Идёт война с Наполеоном, и он пишет". Но между тем жизнь, нормальная жизнь продолжалась. Люди рожали, рожали, рождались, умирали, болели, влюблялись. И эта жизнь продолжалась. Я думаю, что вот если не случится, так сказать, большой войны, большой катастрофы, я надеюсь, всё-таки её не случится. >> Я думаю, что вот хорошее это и есть наша повседневная жизнь растить детей. И самое главное, готовить к тому, что мир наших детей будет значительно более жестоким и сложным, чем наш мир. А и детей нужно психологически к этому готовить. Это не значит, что их нужно запугивать, но они должны, э, они должны, во-первых, психологически держать удар, что очень-очень сложно. На самом деле психологически держать удар значительно сложнее, чем физически. Вот. А, и их нужно готовить вот к этой жизни, которая вот в чём этот годёныш шваб прав, когда он говорит, что возврата к прежнему не будет. Действительно, не будет возврата к прежнему. Более того, мы сейчас только вступаем в мировой кризис. Мы это только первые шаги мирового кризиса. И причём, знаете, что его тормозит в значительной степени в той же России? Наличие советских людей. Вот уйдёт поколение советских людей, и здесь очень многие процессы пойдут совсем по-другому. Но вы можете себе представить, что зумеры смогут воспитать, реально смогут воспитать хорошо своих детей. Вот эти эгоистичные мальчики и девочки, они >> я не знаю, я я когда вижу просто их в магазинах и вот скорость там того, что как они делают или что они делают, ну и среди своих там сотрудников, ну я не знаю, я у меня нет слов, я не знаю, не могу, не могу представить. Да они-то и размножаться не очень хотят. Всё больше сексуалов средих. Это это, кстати, тоже очень очень важная вещь. А это, кстати, процесс, который в девяностые годы уже был в Западной Европе. По оче очень часто по опросам меня поразил, сказать, вот несколько было таких ответов по социологическим вопросам. Спрашивают у молодого человека, ну, тридцатилетнего немца, э, сказать, вот он будет жениться или нет? Он говорит: "Нет, жениться - это большая ответственность. Я лучше собаку заведу. Это проблема не только в асексуальности. Лю, >> а сейчас вообще как бы виртуальную подругу. >> Люди не хотят брать на себя ответственность. Это то есть они остаются это законсервированная инфантильность, >> увы. >> Ну вот тогда по законам жанра и как раз им придётся столкнуться с чем-то. >> Ну так они и потомство не дадут. Значит, потомство будут давать кто-то, кто-то другие, кто-то другой. Ну да, >> вы знаете, есть большая разница между студентами вот высших учебных заведений и, скажем, ребятами из Люберецкой качалки, с которым я вот качаюсь там с восемьдесят девятого года. Это совсем другой, это совсем другой человеческий тип. Вот. А, и вы знаете, в своё время, э, в вот XV век пришёл, так сказать, совершенно неграмотный дикий мужик Лютер, который неплохо знал латынь на самом деле и которого Эразм ротердамский, утончённый эстет позднего средневековья, он называл Лютер и его друзей Вири Обскури. Так сказать, такие неграмотные мужики. Но будущее-то оказалось вот за этими неграмотными мужиками, типа Лютера, которые смогли переломить судьбу. А вот эти эстеты позднего возрождения, позднего средневековья, они оказались тупиком. А вот эти вот сказать грубые ребята, они прорвались и создали новый мир. Может быть, так произойдёт и сейчас. M.